Седьмого января, с утра и до обеда, и духи, и наши действовали по расписанию. Духи постреливают, наши, зная приблизительное подлетное время, успевают укрыться в «мертвой» для обстрела зоне.
Как обычно, около полудня обстрел одиночными прекратился. До четырех часов пополудни все было спокойно.
Обстрел был мощнейшим. Уже только по количеству выпущенных по высоте РС-ов и мин становилось понятно: затевается что-то масштабное. Как потом рассказывали ветераны: «Мины для минометов в горах нести тяжело. Навесил пару штук на шею и прешь по тропе, да так, чтобы не споткнуться. Споткнулся раз, сработал взвод мины. Споткнулся второй — приехали: по горам кишки собирать будут».
За двадцать минут обстрела по высоте было произведено приблизительно три сотни залпов РС-ми и из минометов. Возможно, были залпы из горных безоткатных орудий.
Гвардии ефрейтор Андрей Федотов
Андрей Федотов , отвечающий за радиосвязь, бросился к кладке корректировщика — выносить из-под обстрела оборудование. Реактивный снаряд ударил в ветку сосны, под которой он пробегал. Вся мощь взрыва, все осколки пошли вниз. Андрей погиб на месте.
Девятая рота несет первые потери.
Пробитая осколками рация Андрея Федотова
Москва. ЦМВС
